В Таиланде 14 арестованных оппозиционеров освободили под залог

Президенту не ясна деятельность комиссии по Золитуде



Откажется ли Сербия, как и Украина, от вступления в ЕС?

Эта неувязка имеет несколько качеств. Во-1-х, как далековато зашла Сербия на собственном пути приближения к ЕС, сколько она на этом пути растеряла и сколько заполучила? Во-2-х, как искренне Украина готова отрешиться от Евросоюза, либо это лишь маневр, позволяющий ей получить значимые компенсации?

Напомним, что сначала 90-х годов объединяющиеся страны Центральной Европы были приблизительно 1-го уровня экономического развития, развивались на базе западноевропейской общественно-экономической модели, и им не требовались глубочайшие системные преобразования. Расширение ЕС на восток в 2004 и в особенности в 2008 гг. было новеньким витком европейской интеграции: в объединенную Европу приглашались страны, не соответствовавшие западноевропейским политическим и экономическим эталонам. В этом процессе, непременно, важную роль играл политический фактор: ЕС осознанно шел на отягощения снутри уже сформировавшейся системы, чтоб фрагментировать Восточную Европу, вывезти ее из-под экономической зависимости и политического влияния России.

Хотя главные требования к странам-претендентам касались адаптации государственного законодательства и внедрения евростандартов в национальную систему стандартизации, для вновь вступающих неотклонимым условием была либерализация политической жизни, учет интересов оппозиционных движений, «правильная» расстановка внешнеполитических ценностей. Принципиально выделить: все страны, которые вступали в ЕС, выказывали большущее счастье от процесса объединения с Европой, готовы были поступиться частью государственного суверенитета ради воплощения данной для нас свещенной цели. Сложившееся убеждение несомненной выгоды от евроинтеграции управление ЕС полностью употребляло на Балканах.

Читайте также: Сербский эксперт: поддержка ЕС украинской оппозиции, как минимум, недипломатична

Опыт Балкан указывает, что привлекательность евроинтеграции можно употреблять и как условие для манипуляции непослушными либо политически неподатливыми странами. Конкретно это случилось с Сербией. Опосля стольких лет унижений, недопонимания со стороны интернациональных организаций, наказания в виде бомбовой войны в 1999 г. евроинтеграция казалась эталоном, который вполне уравняет Сербию в отношениях с иными странами. И за эту европейскую мечту управление страны, начиная с президента Бориса Тадича, готово было выполнить хоть какое условие. А условия были тяжелыми и совсем не были соединены с евростандартами.

Принципиальным требованием стала выдача т. н. военных преступников Гаагскому трибуналу. Арестовывая Радована Караджича (2008), генерала Ратко Младича (2011) и Горана Хаджича (2011), Белград задумывался, что тем преодолен крайний барьер на пути к объединенной Европе. Не тут-то было.

Дальше последовало еще больше сложное условие, решать которое было надо как можно скорее: признать независимость Косово. Начинал «сдачу позиций» Борис Тадич, согласившись на размещение сил ЕС в Косово (Россия была против), хотя все соображали, что это - преддверие независимости, а продолжило правительство Ивицы Дачича. Премьер-министр был основным и уступчивым переговорщиком. Результатом стало подписание в апреле 2013 года контракта меж Белградом и Приштиной, согласно которому общины с большинством сербского населения на сто процентов интегрировались в политическую систему Косово, включая правосудие, полицию. Контракт с приштинскими властями очень приблизил Косово к независимости, вполне избавил присутствие Сербии в ее автономном крае, даже в общинах с большинством сербского населения.

Были и остальные, наименее принципиальные условия, к примеру, проведение в стране гей-парада. Германия также выставляла требование, чтоб Сербия извинилась за «преступления» в войнах. Президент Сербии Томислав Николич пошел на это - извинился перед мусульманами Боснии и Герцеговины, попросив «помилования для Сербии за преступления в Сребренице», пообещал также посетить мемориал и поклониться жертвам преступлений. Германская Schwäbische Zeitung 25 апреля внятно разъяснила: «Простое извинение за Сребреницу не может автоматом открыть дверь в ЕС». Так что сербам приходиться ожидать предъявления новейших требований. Время проходит, а дата вступления в Евросоюз фактически не приближается.

Украине отлично было бы поглядеть, сколько уступок пришлось сделать Сербии, чтоб найти дату начала переговоров. Желание вступить в ЕС было выражено Белградом еще в 2000 г., а переговоры о подписании Соглашения о стабилизации и ассоциации с ЕС начались лишь в 2005 г. Само подписание повсевременно откладывалось, заменялось символическим «промежуточным соглашением». Контракт заключили лишь в апреле 2008 г., но он был сразу заморожен. В декабре 2009 г. Сербия подала заявку на статус кандидата в члены ЕС, но лишь в 2011 г. ЕС объявил, что статус кандидата возможен, нужно лишь решить вопросец с Косово. Дата начала переговоров повсевременно откладывалась. А что Сербия получила? За 5 лет опосля подписания соглашения о ассоциации муниципальный долг Сербии возрос в 7 раз, отменены таможенные меры по защите отечественной продукции, в страну хлынули продукты из ЕС, индустрия потухает, сельское хозяйство приходит в упадок.

Читайте также: «Европа не обязана ставить Украину перед выбором»

Сербии обещают, что в январе 2014 г. переговоры о ее вступлении в Евросоюз стартуют. Но это не факт. Перечень требований быть может продолжен. Вероятнее всего, придется уступать и по вопросцу самостоятельности Воеводины, Санджака, юга Сербии. А почему бы Европе не требовать уступок, ежели Сербия так просто на их идет? При всем этом у управления страны нет никаких колебаний в корректности избранного пути. Даже с Россией готово понизить уровень отношений.

Украине Евросоюз готовит сербский сценарий: держать ее на твердом поводке критерий и требований, основное из которых - полный разрыв отношений с Россией. А само «приближение» к ЕС растянулось бы на 10-ки лет. При всем этом даже отмена безвизового режима не предусматривается. Евросоюз, привыкший к покорности возможных членов, уже начал выдвигать Киеву требования, никак не связанные с обыкновенными критериями адаптации законодательства. И вдруг Украина заявляет о приостановке подготовки к подписанию соглашения о ассоциации с ЕС.

Для Евросоюза ситуация оказалась очень неожиданной и противной. Но говорить «нет» объединенной Европе нельзя: она наказывает. За маленький срок удалось организовать протестное движение по всей стране. Сигнал довольно мощный: Украина делает неверный выбор и ей угрожает распад. Где выход? С одной стороны, в ЕС не принимают, но ставят твердые условия, с иной, нельзя отрешаться, тогда погибнешь.

Казалось, что Украина отлично выучила урок, преподнесенный Сербией. Казалось бы, Сербия обязана извлечь урок из опыта Украины: сопротивляться, оказывается, можно!

Читайте также: Украина: ЕС переоценил свои силы (АУДИО)

Но… СМИ Сербии фактически не говорили о том, что привело правительство Украины к отказу от евроинтеграции. Весь упор изготовлен на «выступлении народа» в поддержку членства в ЕС. Газеты, радио, телевидение анализируют «многотысячные митинг» врагов работающей власти Украины не молвят о митингах поддержки власти в восточных регионах страны. И ни 1-го анализа обстоятельств и последствий, в особенности того, следует ли Сербии задуматься над продолжением евроинтеграций. Совсем разумеется, что опосля стольких уступок сербские власти на попятную не пойдут. А крайние действия на Украине демонстрируют, что Европе говорить «нет» и пробовать проводить самостоятельную политику небезопасно. Потому Украина тяжело поворачивается лицом к России и чрезвычайно неуверенно говорит ЕС «нет».

К славянским православным странам в ЕС особенные требования. У Евросоюза задачка не принять в свои ряды Украину либо Сербию, а сделать их послушными, управляемыми, не допустить интеграции постсоветского места под эгидой Москвы.